1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 5.00 (4 голосов)

image

9 мая в России отмечается День Великой Победы. Ежегодно в этот день проходят митинги, шествия, парады, концерты и множество других мероприятий. Россияне чтят память погибших, благодарят живых героев и радуются той нелёгкой и выстраданной Победе.

Но почему-то в нашей стране, говоря о войне, все действия описываются с 1941 года – с начала Великой Отечественной. Наверняка, вы не раз слышали или читали в книгах фразу: "Фашистская Германия вероломно напала на нейтральный и миролюбивый Советский Союз". Так, насколько Советский Союз был нейтрален и миролюбив, почему забываются события, предшествовавшие Великой Отечественной, так ли неожиданно напала Германия, и на чьей стороне было людское и военно-техническое преимущество – эти и другие подробности мы и попытаемся осветить.

Вторая Мировая война

К 22 июня 1941 г. «миролюбивый и нейтральный» СССР уже почти два года участвовал во Второй мировой войне, причем участвовал в качестве страны-агрессора.

Советский Союз вмешивался в большинство крупных международных конфликтов (в Китае, Испании, Вьетнаме, Корее, Анголе, Афганистане), помогая деньгами, оружием и так называемыми добровольцами организаторам национально-освободительной борьбы и коммунистического движения. Основной целью проводимой в стране с 30-х годов индустриализации было создание мощного военно-промышленного комп¬лекса и хорошо вооруженной Красной армии. И надо признать, что эта цель является едва ли не единст¬венной, которую удалось достичь большевистской власти. Совсем не случайно, выступая с речью на первомайском параде, который по «миролюбивой» традиции открывался военным парадом, нарком обороны К.Во¬рошилов сказал: «Советский народ не только умеет, но и любит воевать!».

Подписав 23 августа 1939 года пакт Молото¬ва–Риббентропа, разделивший большую часть Европы между Гитлером и Сталиным, Советский Союз 17 сентября того же года начал вторжение в Польшу. В конце сентября с СССР был «воссоединен» 51% польской террито¬рии. При этом по отношению к военнослужащим польской армии, обес¬к¬ровленной немецким нашествием и практически не сопротивлявшейся частям Красной армии, была совершена масса преступлений –одна Катынь стоила полякам почти 30 тыс. жизней офицеров. Еще больше преступлений совершили советские оккупанты по отношению к мирным гражданам, особенно польской и украинской национальностей. До начала войны советс¬кая власть на воссоединенных территориях попыталась почти все крес¬тьянское население (а это подавляющее большинство жителей Западной Украины и Беларуси) загнать в колхо¬зы и совхозы, предложив «добровольную» альтернативу: «колхоз или Си¬бирь». Уже в 1940 г. многочисленные эшелоны с депортированными поляка¬ми, украинцами и несколько позже литовцами, латышами и эстонцами двинулись в Сибирь. Украинское население Западной Украины и Бу¬ковины, которое вначале (в 1939–40 гг.) массово встречало советских солдат цветами, надеясь на освобождение от национального гнета (со стороны, соответственно, поляков и румын), на собственном горьком опыте испытало все "прелести" советской власти.

30 ноября 1939 г. Советский Союз начал войну с Финляндией, за что был признан агрессором и исключен из Лиги Наций. Эта «неизвестная война», всячески замалчиваемая советской пропагандой, ложится несмываемым позором на репутацию Страны Советов. Под надуманным предлогом мифической военной опасности советские войска вторглись на финскую территорию. «Смести с лица земли финских авантюристов! Наступила пора уничтожить гнусную козявку, которая осмеливается угрожать Советскому Союзу!» – так писали накануне этого вторжения журналис¬ты в главной партийной газете «Прав¬да». Интересно, какую военную угрозу СССР могла представлять эта «козявка» с населением 3,65 млн. человек и плохо вооруженной армией в 130 тыс. человек.

Когда Красная армия перешла финскую границу, соотношения сил воюющих сторон, по официальным данным, было таким: 6,5:1 в личном сос¬таве, 14:1 в артиллерии, 20:1 в авиации и 13:1 в танках в пользу СССР. И тут произошло «финское чу¬до» – вместо быстрой победоносной войны советские войска в эту «зимнюю войну» терпели одно поражение за другим. По подсчетам российских военных историков («Гриф секретнос¬и снят. Потери Вооружен¬ных Сил СССР в войнах, боевых дейст¬виях и конфликтах» под ред. Г.Кри¬вошеева, М.: Воен¬издат, 1993 г.), минимальные потери Красной армии в ходе финской кампании составили 200 тыс. человек. Все в мире познается в сравнении. Сухо¬путные войска советских союзников (Англии, США и Канады) в бо¬ях за освобождение За¬падной Евро¬пы – от высадки в Нор¬мандии до выхода на Эль¬бу – потеря¬ли 156 тыс. чело¬век. Оккупация Нор¬вегии в 1940 г. обошлась Германии в 3,7 тыс. погибших и пропавших без вес¬ти солдат, а разгром армии Фран¬ции, Бельгии и Голландии – в 49 тыс. человек. На этом фоне ужасающие потери Красной армии в финской войне выглядят очень наглядно.

Рассмотрение «миролюбивой и нейтральной» политики СССР в 1939–1940 гг. вызывает еще один серьезный вопрос. Кто у кого учился в те времена методам агитации и пропаганды – Сталин и Молотов у Гит¬лера и Геббельса, или наоборот? По¬ражает политическая и идеологичес¬кая близость этих методов. Гитле¬ровская Германия осуществила анш¬люс Австрии и оккупацию вначале Судетской области, а затем и всей Че¬хии, воссоединяя в единый рейх земли с немецким населением, а СССР ок¬купировал половину территории Польши под предлогом воссоединения в единое государство «братских украинского и белорусского народов». Германия захватила Норвегию и Да¬нию, дабы обезопасить себя от нападе¬ния «английских агрессоров» и обес¬печить бесперебойную поставку шведской железной руды, а Советский Со¬юз под аналогичным предлогом безопасности границ оккупировал страны Прибалтики и попытался захватить Финляндию. Вот так в общих чертах выглядела «миролюбивая» политика СССР в 1939–1940 гг., когда гитлеровская Германия готовилась напасть на «нейтральный» Советский Союз.

Вот что писали европейские политики ещё до подписания пакта Молотова-Риббентропа:

«Должен признаться, что я совершенно не доверяю России. Я не верю, что она сможет вести эффективные наступательные действия, даже если захочет… Более того, её ненавидят и относятся к ней с подозрением многие маленькие государства, особенно Польша, Румыния и Финляндия» (личное письмо премьер-министра Великобритании Чемберлена от 28 марта 1939 года).

«Польша, Румыния, Финляндия и три прибалтийских государства не знали, чего они больше страшились, — германской агрессии или русского спасения» (У. Черчилль «Вторая мировая война»).

Причина нападения

В начале Второй Мировой войны Сталин и Гитлер были союзниками. Утверждение о совместной оккупации Польши советскими и немецкими войсками вполне соответствует действительности. С 1939 по 1940 гг. Германия захватила: Австрию, Чехословакию, Польшу, Данию, Норвегию, Бельгию, Нидерланды, Люксембург и Францию.

Так, что же побудило фюрера вступить в войну с Советским Союзом? Чтобы ответить на этот вопрос, обратимся к расовой теории Гитлера. В своем труде «Моя борьба» он подробно разъяснил свою теорию о превосходстве именно немцев, которых он именует арийцами. Только они, согласно его мнению, достойны быть полноправными хозяевами мира. Он описывает внешние характеристики арийцев: голубые глаза, светлая кожа, высокий или средний рост, из черт характера выделяет идеализм и самоотдачу.

Вторая расовая группа – славяне – должны быть уничтожены в большинстве, а оставшиеся в живых достойны быть только рабами арийцев.

Третья, «низшая» раса – это не кто иной, как евреи. Основными качествами иудеев он считал эгоизм и изворотливость. Гитлер называл их паразитами на теле других народов, пристраиваясь на самые «теплые» места. Они стараются меньше работать, но жить при этом лучше других. Они подлежат полному уничтожению, потому что не заслуживают даже роли рабов. Кроме того, ярый защитник теории арийского превосходства в борьбе за чистоту крови заявлял, что смешение рас приведет к мировой гибели.

Теперь вспомним, что высшие посты и должности в СССР занимали преимущественно евреи. Вот небольшая сводка:

«Центральный комитет ВКП(б) по национальному составу состоял: евреи – 61, не евреи – 17;

Совет народных комиссаров (кабинет министров): евреи – 115, не евреи – 18;

Комиссариаты: иностранных дел и внешней торговли: евреи – 106, не евреи – 17;

Комиссариат внутренних дел (ОГПУ-НКВД): евреи – 53, не евреи – 6.

В правительстве СССР 9 наркомов (министров) и 12 их заместителей были евреи. Из 8 дипломатов в Лиге Наций было 7 евреев и 1 грузин, русских – 0. Полномочные представители (послы) в зарубежных государствах также преимущественно состояли из евреев. ОГПУ (НКВД) и все остальные исполнительные и карательные органы, включая главное управление лагерей (ГУЛАГ), также находились под полным контролем евреев».

Гитлер, желавший истребить евреев и убрать их из мировой элиты, просто не мог этого сделать, оставив нетронутым СССР. Таким способом он решил сместить элиту, на тот момент, состоявшую практически полностью из евреев.

Великая Отечественная война

По официальной версии, война для СССР началась 22 июня 1941 г. В речи, прозвучавшей по радио 3 июля 1941 г., а затем в докладе по случаю 24-й годовщины Октябрьской революции (6 октября 1941 г.) Сталин назвал два фактора, которые привели к нашим неудачам на первых порах войны. Во-первых, по его словам, Советский Союз жил мирной жизнью, сохраняя нейтралитет, а отмобилизованная и до зубов вооруженная немецкая армия вероломно напала 22 июня на миролюбивую страну. Во-вторых, наши танки, пушки и самолеты лучше немецких, но у нас было их очень мало, гораздо меньше, чем у противника.

Сегодня, когда рассекречены многие исторические документы, эти тезисы представляются ложными, равносильно, как и следующий: «История не отпустила нам достаточно времени, и мы не успели отмобилизоваться и технически подготовиться к вероломному нападению».

Рассекреченные в 90-е годы после развала СССР архивы убедительно показывают истинную картину «неготовности» страны к войне. На начало октября 1939 г., по официальным советским данным, парк советских ВВС составлял 12677 самолетов и превосходил общую численность военной авиации всех участников начавшейся мировой войны. По числу танков (14544) Красная армия на этот момент почти в два раза превышала армии Германии (3419), Франции (3286) и Англии (547), вместе взятые. Советский Союз значительно превосходил воюющие страны не только по количеству, но и по качеству вооружения. В СССР к началу 1941 г. выпус¬кали лучший в мире истребитель-перехватчик МИГ-3, лучшие орудия и танки (Т-34 и КВ), а уже с 21 июня — пер¬вые в мире реактивные установки залпового огня (знаменитые «Катюши»).

Не соответствует действительности и утверждение о том, что к июню 1941 г. Германия скрытно стянула войс¬ка и боевую технику к границам СССР, обеспечив значительное преимущество в боевой технике, подготовив вероломное внезапное нападение на мирную страну. По немецким данным, подтверждаемым европейскими военными историками (см. «Вторая мировая война» под ред. Р.Холмса, 2010, Лондон), 22 июня 1941 г. к напа¬дению на Советский Союз подготовилась трехмиллионная армия немецких, венгерских и румынских солдат, в распоряжении которой находилось четыре танковых группы с 3266 танками и 22 истребительные авиагруппы (66 эскадрилий), в составе которых было 1036 самолетов.

По известным уже в настоящее время данным, рабоче-крестьянская Красная армия по численному составу превышала противника на 17%, также имела подавляющее превосходство в боевой технике на границе – почти в четыре раза по танкам и в пять раз по боевым самолетам! Не соответст¬вует действительности и мнение, что советские механизированные части были укомплектованы устаревшей техникой, а немцы – новой и эффективной. Да, в танковых советских час¬тях на начало войны было действительно много танков устаревших конст¬рукций БТ-2 и БТ-5, а также легких танкеток Т-37 и Т-38, но при этом почти 15% (1600 танков) приходилось на самые современные средние и тяжелые танки – Т-34 и КВ, равных которым у немцев на тот момент не было. У нацистов из 3266 танков было 895 танкеток и 1039 легких танков. И только 1146 танков можно было отнести к категории средних. И танкетки, и легкие немецкие танки (PZ-II чешского производства и PZ-III E) значительно уступали по своим технико-тактическим характерис¬тикам даже устаревшим советским танкам, а лучший на тот момент немецкий средний танк PZ-III J не шел ни в какое сравнение с Т-34 (о сравнении с тяжелым танком КВ говорить бессмысленно).

Учитывая все вышеизложенное, версия о внезапности нападения вермахта не выглядит убедительной. Но даже если поверить в неё, советская армия, обладая боевым преимуществом после недолго временного отступления, должна была буквально раздавить агрессора. Но события на Восточном фронте развивались по совсем другому, трагическому сценарию.

Первый период войны

Советская историческая наука делила историю войны на три периода. Меньше всего внимания уделялось пер¬вому периоду войны, особенно летней кампании 1941 г. Скупо объяснялось, что успехи немцев вызваны внезапностью нападения и неподготовленностью СССР к войне. Кроме того, как выразился в своем докладе товарищ Ста¬лин (октябрь 1941 г.): «За каждый шаг вглубь советской территории вермахт заплатил гигантскими невосполнимыми потерями» (была названа цифра 4,5 млн. убитых и раненых, через две недели в передовой статье газеты «Правда» эта цифра немецких потерь возросла до 6 млн. человек). Что же происходило на самом деле в начале войны?

С рассвета 22 июня войска вермахта хлынули через границу почти по всей ее протяженности – 3000 км от Балтийского до Черного морей. Отлично вооруженная Красная армия была за несколько недель разбита и отброшена на сотни километров от западных границ. Уже к середине июля немцы оккупировали всю Беларусь, взяв в плен 330 тыс. советских военнослужащих, захватив 3332 танка и 1809 орудий и другие многочисленные военные трофеи. Практически за две недели была захвачена вся При¬балтика. В августе-сентябре 1941 г. в руках немцев находилась большая часть Украины – в Киевском котле, немцы окружили и взяли в плен 665 тыс. чел., захватили 884 танка и 3718 орудий. Немецкая группа армий «Центр» к началу октября вышла практически к окраинам Москвы. В котле возле Вязьмы немцы захватили еще 663 тыс. пленных.

По немецким данным, скрупулезно отфильтрованным и уточненным уже после войны, за 1941 г. (первые 6 месяцев войны) немцы взяли в плен около 4 млн. советских солдат, захватили или уничтожили 21 тыс. танков, 17 тыс. самолетов, 33 тыс. орудий и 6,5 млн. стрелкового оружия.

Первые месяцы вой¬ны на Восточном фронте привели к разгрому Красной армии и почти полному краху созданной большевика¬ми политической и экономической сис¬темы. Как показывают цифры людских потерь, брошенной военной техники и захваченных врагом огромных территорий, размеры этой катастрофы беспрецедентны и полностью развеивают мифы о мудрости советского пар¬тийного руководства, высоком про¬фессионализме офицерского корпуса Красной армии, мужестве и стойкости советских солдат.

Прямым подтверждением нарисованной мрачной картины являются указы Сталина, изданные им в первые недели войны сразу после того, как он сумел справиться с шоком от ужасной катастрофы. Уже 27 июня 1941 г. был подписан указ о создании в армейских частях пресловутых заградительных отрядов (ЗО). В дополнение к имеющимся особым отрядам НКВД, ЗО просуществовали в Красной армии до осени 1944 г. За¬градительные отряды, имевшиеся в каждой стрелковой дивизии, располагались за регулярными частями и задерживали или расстреливали на месте бежавших с передовой воинов. В октябре 1941 г. 1-й заместитель начальника управления особых отделов НКВД Соломон Мильштейн докладывал министру НКВД Лаврентию Берии: «…с начала войны по 10 октяб¬ря 1941 г. особыми отделами НКВД и ЗО задержано 657364 военнослужащих, отставших и бежавших с фронта». Всего же за годы войны, по советским официальным данным, военные трибуналы осудили 994 тыс. военнослужащих, из них 157593 – расстреляно (в вермахте расстреляли 7810 солдат – в 20 раз меньше, чем в РККА). За добровольную сдачу в плен и сотрудничество с оккупантами было рас¬стреляно или повешено 23 бывших советских генерала (не считая десятков генералов, получивших лагерные сроки).

Несколько позже были под¬писаны указы о создании штрафных подразделений, через которые, по официальным данным, прошли 427910 воен¬но¬служащих (штрафные подразделения просуществовали до 6 июня 1945 г.).

Война и большевистская идеология

Исходя из реальных цифр и фактов, сохранившихся в советских и немецких документах (указах, секретных докладах, записках и т.п.), можно сделать горький вывод: ни в одной стране, ставшей жертвой гитлеровской агрессии, не было такого морального разложения, массового дезертирства и сотрудничества с оккупантами, как в СССР. Например, численность личного состава военных формирований «добровольных помощников» (так называемых хиви), полицейских и воинских частей из советских военнослужащих и гражданских лиц к середине 1944 г. превышала 800 тыс. чел. Трудно оспорить тезис немецкого военного историка К. Г. Пфеффера, назвавшего помощь и участие советского населения важными условиями, определявшими для Вермахта возможность вести боевые действия на Восточном фронте в течение длительного времени.

Ни в одной войне, которую вела Российская империя, не было ничего подобного. Не было и другого. Случаи государственной измены русских офицеров единичны и практически неизвестны во время Первой Отечественной войны 1812 года, Восточной войны 1853–1856 годов, русско-турецкой 1877–1878 и русско-японской 1904–1905 годов.

Из 14 тыс. офицерских и статских чинов Русской Императорской армии, плененных врагом в 1914–1917 годах, за редчайшим исключением практически все сохранили верность присяге, не говоря уже о том, что никто из них не пытался создать общевойсковую армию для участия в боевых действиях на стороне Германии или Австро-Венгрии. Так же принципиально вели себя и офицеры противника в русском плену

Причина позорных явлений во время Великой Отечественной связана с насильственным захватом власти большевиками. 22 июня 1941 года – это прямое следствие событий, происшедших в октябре 1917 года.

Многие человеческие поступки и поведение в годы войны были следствием непрекращавшейся с 1917 года гражданской войны, террора и репрессий, коллективизации, искусственного голода, «ежовщины», создания в государственном масштабе системы принудительного труда, физического уничтожения большевиками самой крупной Поместной Православной Церкви в мире.

С конца 1920-х годов власть упорно и последовательно вынуждала людей, живших в лишениях, страхе и нищете, лгать, изворачиваться, приспосабливаться. Сталинская система к 1941 году привела к полному обесцениванию человеческой жизни и личности. Рабство стало повседневной формой социально-экономических отношений, а дух и душу разрушало всеобщее лицемерие. Можно ли забывать об этом, когда мы говорим, например, о соотношении потерь?

Либерально-демократи¬ческие историки и политологи часто отмечают обилие общих черт в двух тоталитарных режимах – советском и нацистском. Но при этом не нужно забывать об их коренных отличиях в отношении к собственному народу. Пришедший к влас¬ти демократическим путем Гитлер вывел Германию из разрухи и послевоенного унижения, ликвидировал безработицу, построил отличные дороги, завоевал новое жизненное пространство. Да, в Германии начали уничтожать евреев и цыган, преследовать инакомыслящих, вводить жесточайший контроль за общественной и даже личной жизнью граждан, но никто не экспроприировал частную собственность, массово не расстреливал и не сажал в тюрьмы аристократов, буржуазию и интеллигенцию, не загонял в колхозы и не раскулачивал крестьян – уровень жизни подавляющего большинства немцев повышался. И, главное, своими военными, политическими и экономическими успехами нацисты сумели внушить большинству немцев веру в величие и непобедимость своей страны и своего народа.

Захватившие же в царской России власть большевики уничтожили лучшую часть социума и, обманув практически все слои общества, принесли своим народам голодоморы и депортации, а рядовым гражданам – принудительную коллективизацию и индустриализацию, грубо сломавшие привычный уклад и понизившие уровень жизни большинства простых людей. В 1937–1938 гг. органами НКВД было арестовано 1345 тыс. чел., из которых 681 тыс. – расстреляны. Накануне войны, в январе 1941 г., по официальной советской статистике, в лагерях ГУЛАГа содержалось 1930 тыс. осужденных, еще 462 тыс. чел. находилось в тюрьмах, а 1200 тыс. – на «спецпоселениях» (итого 3 млн. 600 тыс. человек). Поэтому риторический вопрос: «А мог ли живущий в таких условиях, при таких порядках и такой власти советский народ массово проявлять в боях с немцами мужество и героизм, грудью защищая «социалистическое отечество, родную коммунистическую партию и мудрого товарища Сталина?» – повисает в воздухе, а существенная разница в количестве сдавшихся в плен, дезертиров и брошенной на поле боя военной техники между советской и немецкой армиями в первые месяцы войны убедительно объясняется разным отношением к своим гражданам, солдатам и офицерам в СССР и нацистской Германии.

Выдающийся петербургский ученый-искусствовед, фронтовик-орденоносец Николай Никулин был многократно ранен, воевал в 311-й стрелковой дивизии, прошел всю войну и закончил ее в Берлине сержантом, чудом оставшись в живых. Его мужественные «Воспоминания о войне» – одни из самых пронзительных, честных и безжалостных по правдоподобности мемуаров. Вот что, в частности, Николай Николаевич писал о наших потерях, основываясь на собственном опыте боев на Волхове и под станцией Погостье:

«На войне особенно отчетливо проявилась подлость большевистского строя. Как в мирное время проводились аресты и казни самых работящих, честных, интеллигентных, активных и разумных людей, так и на фронте происходило то же самое, но в еще более открытой, омерзительной форме. Приведу пример. Из высших сфер поступает приказ: взять высоту. Полк штурмует ее неделю за неделей, теряя по тысяче людей в день. Пополнения идут беспрерывно, в людях дефицита нет.

Но среди них опухшие дистрофики из Ленинграда, которым только что врачи приписали постельный режим и усиленное питание на три недели. Среди них младенцы 1926 года рождения, то есть четырнадцатилетние, не подлежащие призыву в армию... «Вперрред!!!», и все. Наконец, какой-то солдат, или лейтенант, командир взвода, или капитан, командир роты (что реже), видя это вопиющее безобразие, восклицает: «Нельзя же гробить людей! Там же, на высоте, бетонный дот! А у нас лишь 76-милимметровая пушчонка! Она его не пробьет!»... Сразу же подключается политрук, СМЕРШ (сокращённое от Смерть шпионам) и трибунал.

Один из стукачей, которых полно в каждом подразделении, свидетельствует: «Да, в присутствии солдат усомнился в нашей победе». Тот час же заполняют уже готовый бланк, куда надо только вписать фамилию и готово: «Расстрелять перед строем!» или «Отправить в штрафную роту!», что то же самое. Так гибли самые честные, чувствовавшие свою ответственность перед обществом, люди.

А остальные – «Вперрред, в атаку!», «Нет таких крепостей, которых не могли бы взять большевики!» А немцы врылись в землю, создав целый лабиринт траншей и укрытий. Поди их достань! Шло глупое, бессмысленное убийство наших солдат. Надо думать, эта селекция русского народа – бомба замедленного действия: она взорвется через несколько поколений, в XXI или ХХII веке, когда отобранная и взлелеянная большевиками масса подонков породит новые поколения себе подобных».

Безусловно, существует прямая связь между количеством жертв, которые понес наш народ в годы Второй мировой войны, начиная с сентября 1939 года, и теми необратимыми изменениями, которые произошли в стране и обществе после Октября 1917 года.

Например, лишь достаточно вспомнить о последовательном уничтожении большевиками русского офицерского корпуса. Из 276 тыс. русских офицеров по состоянию на осень 1917 года к июню 1941 года в армейском строю находилось вряд ли более несколько сотен, и то, преимущественно – командиров из бывших прапорщиков и подпоручиков.

Поэтому рассматривать войну вне контекста отечественной истории предшествующих двадцати лет – это означает вновь обманывать самих себя и оправдывать самоистребление своего народа в XX веке.

Погибнуть или победить

В октябре 1941 г. Гитлер, предвкушая окончательный разгром Советс¬кого Союза, готовился принимать парад немецких войск в цитадели большевизма – на Красной площади. Однако события на фронте и в тылу уже в конце 1941 г. начали развиваться не по его сценарию. Немецкие потери в боях стали расти, материально-техническая и продовольственная помощь союзников (в основном США и Великобритания) советской армии увеличивалась с каждым месяцем, эвакуированные на Восток военные заводы наладили массовый выпуск вооружения. В замедлении наступательного порыва фашистских частей помогли сначала осенняя распутица, а затем сильные морозы зимы 1941–1942 гг. Но самое главное – постепенно происходил коренной перелом в отношении к врагу со стороны народа – солдат, тружеников тыла и рядовых граждан, оказавшихся на оккупированных территориях.

В ноябре 1941 г. Сталин в своем докладе по случаю очередной годовщины Октябрьской революции сказал знаменательную и на сей раз абсолютно правдивую фразу: «Глупая политика Гитлера превратила народы СССР в заклятых врагов нынешней Германии». В этих словах сформулирована одна из важнейших причин превращения Второй мировой вой¬ны, в которой Советский Союз участвовал с сентября 1939 г., в Ве¬ликую Отечественную войну, в которой ведущая роль перешла к народу. Одер¬жимый расовыми и параноидальными идеями Гитлер, не слушая многочисленные предостережения своих генералов, объявил славян «недочеловеками», которые должны освободить жизненное пространство для «арийской расы», а на первых порах обслуживать представителей «расы господ». Миллионы захваченных советских военнопленных сгоняли как скот на огромные открытые площадки, опутанные колючей проволокой, и морили там голодом и холодом. К началу зимы 1941 г. из 3,8 млн. чел. более 2 млн. от таких условий и обращения были уничтожены. Все попытки антисоветских национальных или гражданских структур, в начале войны сотрудничавших с немцами (украинских на¬цио¬налистов, казаков, прибалтов, белоэмигрантов), создать хотя бы полусамостоятельные государственные, военные, общественные или региональные структуры были пресечены на корню. Колхозную систему практически сохранили, гражданское население принудительно гнали на работу в Герма¬нию, массово брали в заложники и расстреливали по любому подозрению. Ужасные сцены геноцида евреев, массовая гибель военнопленных, расстрелы заложников, публичные казни – все это на глазах населения – потрясло жителей оккупированных территорий. За первые полгода войны от рук оккупантов, по самым скром¬ным подсчетам, погибло 5–6 млн. советского гражданского населения (в том числе около 2,5 млн. человек – советских евреев). Не столько советская пропаганда, сколько вести с фронта, рассказы вырвавшихся из оккупированных территорий и прочие способы «беспроволочного телефона» людской молвы убеждали народ, что новый враг ведет бесчеловечную войну на полное уничтожение. Все большее количество простых советских людей – солдат, партизан, жителей оккупированных территорий и тружеников тыла начинало осознавать, что в этой войне вопрос поставлен однозначно – погибнуть или победить. Именно это трансформировало в СССР Вторую мировую в Вели¬кую Отечественную (народную) войну.

Враг был силен. Немецкая армия отличалась стойкостью и мужеством солдат, хорошим вооружением и высококвалифицированным генеральским и офицерским корпусом. Еще долгих три с половиной года продолжались упорные бои, в которых на первых порах немцы одерживали локальные победы. Но все большее количество немцев начинало понимать, что сдержать этот порыв почти всеобщей народной ярости им не удастся. Разгром под Сталинградом, кровопролитная битва на Курской дуге, разрастание партизанского движения на оккупированных территориях, которое из тонкого ручейка, организованного НКВД, превращалось в массовое народное сопротивление. Все это произвело коренной прелом в войне на Восточном фронте. Победы давались Красной армии дорогой ценой. Этому способствовала не только ожесточенность оказываемого сопротивления со стороны фашистов, но и «полководческое мастерство» советских командиров. Воспитанные в духе большевистских традиций, согласно которым жизнь отдельного человека, а тем более простого солдата, ничего не стоила, многие маршалы и генералы в своем карьеристском раже (опередить соседа и первым доложить о быстром взятии очередной крепости, высоты или города) не жалели жизней солдат. До сих пор не подсчитано, сколько сотен тысяч жизней советских солдат стоило «соперничество» маршалов Жукова и Конева за право первым доложить Сталину о взятии Берлина.

С конца 1941 г. характер войны начал меняться. Страшные соотношения людских и военно-технических потерь советской и немецкой армий канули в Лету. На¬род заплатил за эту Великую Победу страшную цену – общие людские потери Советского Союза (10,7 млн. бое¬вых потерь и 12,4 млн. – гражданское население) во Второй мировой войне составляют почти 40% от потерь других стран–участниц этой войны (учитывая и Китай, потерявший всего 20 млн. человек). Германия потеряла всего 7 млн. 260 тыс. человек (из них 1,76 млн. – гражданское население).

Советская власть военные потери не подсчитывала – ей это было невыгодно, ибо истинные размеры в первую очередь людских потерь убедительно иллюстрировали «мудрость и профессионализм» лично Сталина и его партийной и военной номенклатуры.

Сегодняшний день

Дискуссии о количестве потерь продолжаются и в наше время. У разных историков цифры могут отличаться в несколько раз. С течением времени появляется все больше информации о событиях тех лет, которые раньше были под грифом секретности.

Факты и мнения, озвученные в нашей статье, быть может, не так популярны и разделяемы обществом, как засевшая до сих пор в головах людей идеология большевиков и излюбленная версия о "миролюбивом Советском Союзе". Всей правды люди так и не узнают, так как она не будет способствовать сохранению в обществе триумфализма.

Но ложь, как ржавчина, разъедает не только историю, но и все стороны жизни. Так, Советский Союз распался именно из-за лжи, в которую не верили уже ни те, кто ее произносил, ни те, для кого она предназначалась. В итоге святые идеалы советского периода, о которых часто говорились, оказались подобны тем языческим идолам, которых киевляне с легкостью сбросили в Днепр, приняв в 988 году христианство. И никто их не стал защищать.

Сегодня 9 мая мы помним и чтим подвиг наших солдат, у которых по сути не было выбора – либо смерть, либо победа! Тогда как у немцев поражение вовсе не означало гибель. Наши солдаты сражались за свою Родину, за своих родных и за наше будущее! Победа была именно выстраданной!

Наша же с вами задача – попытаться максимально объективно анализировать и правдиво описывать события тех лет, сделать все возможное, чтобы подобное не повторилось, и передавать память о героях через поколения. Победа в Великой Отечественной – это не личная победа Сталина, не большевистской власти, это общая победа народа, дух которого не сломать!


Понравился материал? Поделитесь:

Добавить комментарий


Новостная рассылка

Подпишитесь, и будьте в курсе всех важных событий!

Кто Online

Сейчас 73328 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте